Тревожный невроз симптомы и лечение страхов и тревог у взрослых и детей

Тревожный невроз

Чувство тревоги и страха испытывают все люди в различных ситуациях. Мать тревожится о заболевшем ребенке, ребенок испытывает страх перед соседской собакой, бабушка опасается упасть в гололед, начинающий автомобилист боится попасть в аварию… Почему же состояние страха и повышенной тревожности в определенных случаях становится предметом изучения психиатрии?

Во всех приведенных примерах для тревоги и страха есть конкретная причина. Испытывать страх и беспокойство перед реальной опасностью – это норма для здорового человека, включение защитных механизмов, которые помогают сохранить здоровье и жизнь.

Такая тревога называется физиологической. Но если человек в результате воздействия психических расстройств или психологических факторов, в том числе в результате кратковременного интенсивного стресса или долговременного психического перенапряжения, начинает постоянно испытывать чувство страха или тревоги без всякого конкретного повода, речь идет о патологической тревоге.

Надо знать, что тревога -универсальное средство, которое психика человека использует в качестве оповещения о неблагополучии. Она может также свидетельствовать о появлении целого ряда и даже большинства психических расстройств. Специалисты о ней говорят как о краеугольном камне психиатрии.

Тогда же, когда речь идёт о невротическом уровне тревожности, обычно используются следующие диагностические наименования: тревожный невроз, невроз страха и тревоги, генерализованное тревожное расстройство (ГТР). Последнее название приводится в Международной классификации болезней (МКБ-10), разработанной ВОЗ, но и традиционная терминология по-прежнему используется в научно-популярной литературе и учебниках. Невроз тревоги следует дифференцировать от фобий, поскольку, несмотря на общее – иррациональную природу страха – при фобиях сам объект страха присутствует. Характерная особенность невроза страха – генерализовать ограниченный поначалу процесс в распространенный, который в развитии имеет не только нарастающие психические, но и соматические, а также вегетативные проявления.

Механизм возникновения и протекание заболевания

Тревожный невроз может питаться какими-то объективными поводами: информацией об увольнениях, агрессивным стилем руководства, сложными отношениями с коллегами или родственниками, эмоциональными статьями в СМИ или телевизионными передачами. В норме все эти события занимают мысли человека непродолжительное время.

Но иногда сильный эмоциональный стресс, глубинные эмоциональные влечения (навязчивые, агрессивные, сексуальные) вызывают постоянные мучительные многодневные размышления на темы: если будет увольнение у нас, не уволят ли меня, как себя вести, если босс нахамит мне, что делать, если в стране начнется война, голод, переворот. Эти мысли, не имеющие никакого конкретного повода, полностью занимают внимание, рассматриваются со всех сторон, человек постоянно строит предполагаемые планы и вымышленные диалоги. Так возникает и развивается невроз страха и тревоги под воздействием психологических факторов.

Причиной болезни могут быть и физиологические факторы – гормональные сдвиги (в том числе – возрастные, у беременных женщин и др.), патологии в работе эндокринной системы (надпочечников, которые влияют на гормональный фон, щитовидной железы), чрезмерные интеллектуальные или физические нагрузки, заболевания общего характера. Тревожный невроз бывает в острой форме, но чаще имеет хронический характер. Он может возникнуть как следствие приступа внезапного интенсивного страха или развиваться постепенно. Независимо от механизма возникновения и степени выраженности заболевание беспокоит в течение длительного времени, сопровождаясь отчетливым чувством внутренней напряженности и дискомфорта, а также симптомами физиологического характера.

Симптомы невроза тревоги

Лечение тревожного невроза в Центре «Неопси»

Вылечить невроз страха и тревоги смогут специалисты Центра здоровья психики «Неопси» (Москва), применяя современные методики психотерапии и медикаментозного лечения на основе доказательной медицины. На первой консультации у психотерапевта или психиатра может присутствовать не только пациент, но и его родственники. Это поможет собрать более полный и достоверный анамнез об образе жизни больного, возникновении и протекании заболевания, перенесенных болезнях и стрессах.

При наличии симптомов соматического и вегетативного характера будут назначены мероприятия для дифференциации тревожного невроза от других заболеваний, признаками которых могут являться эти проявления. В таких случаях назначаются консультации кардиолога, эндокринолога, лабораторные, инструментальные обследования. Вовремя начатое лечение на начальной стадии заболевания может ограничиться психотерапевтическим воздействием, к чему обычно стремятся специалисты Центра.

При разработке плана лечения учитываются все особенности физиологии и психики пациента, протекания тревожного невроза. С учетом этих особенностей выбирается методика психотерапевтического воздействия:

  • индивидуальная экзистенциальная, аналитическая и когнитивно-поведенческая психотерапия;
  • гипнотерапия;
  • аутогенная тренировка;
  • обучение дыхательным упражнениям, приемам релаксации.

Может быть назначена физиотерапия, в том числе – ЛФК и релаксационный массаж. В активной стадии заболевания крайне полезной является медикаментозная терапия, которая может включать назначение антидепрессантов и транквилизаторов. Препараты, дозировки и схемы приема назначаются строго индивидуально.

Индивидуальный подход является в Центре обязательным правилом работы наших специалистов при лечении любой патологии, в том числе невроза страха. Опыт постоянно практикующих специалистов Центра доказывает, что прогноз при лечении невроза тревоги – благоприятный: если лечить заболевание на ранней стадии возникновения, более 90% пациентов излечиваются без опасности рецидива. Вовремя начатое лечение-залог стойкого терапевтического эффекта! Записывайтесь на консультацию через сервисы сайта (обратной связи, записи на прием) или звоните по указанному телефонному номеру.

Нормальная и невротическая тревога

Нормальная и невротическая тревога

Феноменологическое описание тревоги, приведенное выше, относится к различным типам тревоги, а не только к тревоге невротической. Его можно применить, например, к реакции на катастрофическую ситуацию у пациентов с повреждениями головного мозга, которых описывает Гольдштейн. Это описание верно (некоторые вариации будут зависеть от интенсивности переживания) и по отношению к нормальной тревоге, которую испытывают все люди в самых различных ситуациях.

Приведу пример, составленный из отдельных разговоров с людьми, жившими при тоталитарных режимах, это пример нормальной тревоги. Известный социалист жил в Германии в то время, когда власть в стране захватил Гитлер. В течение нескольких месяцев до него доходили сведения об арестах коллег, которых отправляли в лагеря, другие его приятели пропадали без вести. Этот период он прожил в ожидании опасности, но не мог знать, собираются ли его арестовать, а если собираются, то когда за ним придут из гестапо, и, наконец, что с ним случится в случае ареста. Он постоянно испытывал расплывчатое и мучительное чувство неуверенности и беспомощности — переживание, обладающее всеми описанными выше характеристиками тревоги. Этого человека беспокоила не только угроза смерти или мук и унижения в концлагере; опасность угрожала смыслу его существования, поскольку для него жизненно важным было распространять свои убеждения — с этой миссией он отождествлял свое существование. Реакция этого человека на угрозу содержит все главные характеристики тревоги, и в то же время это адекватная реакция, которую никак нельзя назвать невротической.

Читайте также:  Избавляемся от тревожности и внутренного беспокойства; рекомендации для взрослых

Нормальная тревога является реакцией, которая (1) адекватна объективной угрозе, (2) не запускает механизм вытеснения или другие механизмы, связанные с интрапсихическим конфликтом, а вследствие этого (3) человек справляется с тревогой без помощи невротических защитных механизмов. Человек может (4) конструктивно обращаться с тревогой на сознательном уровне или же тревога снижается, когда меняется объективная ситуация. Недифференцированные и «размытые» реакции младенцев в ответ на опасность, — например, при падении или когда их не кормят, — также относятся к категории нормальной тревоги. Младенец, переживающий такие ситуации, еще слишком мал, так что интрапсихические процессы вытеснения и конфликтов, создающие невротическую тревогу, еще не могут работать. Кроме того, относительно беспомощный младенец, насколько мы способны его понять, может действительно бояться объективной опасности, угрожающей его существованию.

Нормальная тревога или, как называл ее Фрейд, «объективная тревога» свойственна людям на протяжении всей жизни. Признаками такой тревоги является общее беспокойство, настороженность, то, что человек оглядывается по сторонам, хотя на него никто не нападает. Ховард Лиделл (главы 3 и 4) говорил, что тревога сопровождает разум человека, как его тень. Это напоминает слова Лоренса Кьюби о том, что тревога есть мост от реакции испуга к разуму, появляющемуся на более поздних стадиях развития человека. По мнению Альфреда Адлера, цивилизация появилась потому, что человек обладал способностью осознавать свою неадекватность; последнее выражение также описывает состояние тревоги. Я привожу эти примеры для того, чтобы показать, сколь важную роль играет нормальная тревога в повседневной жизни.

Существование нормальной тревоги у взрослых людей нередко остается незамеченным, потому что это переживание обычно не столь интенсивно, как тревога невротическая. Кроме того, поскольку нормальную тревогу можно конструктивно преодолеть, она не проявляется в реакции «паники» или еще в каких-то ярких формах. Но не следует путать между собой количественные и качественные характеристики этой реакции. Интенсивность реакции позволяет нам отличить нормальную тревогу от невротической лишь в том случае, когда мы задаем себе вопрос, адекватна ли реакция объективной опасности. Каждый человек в процессе своей жизни в большей или меньшей степени сталкивается с опасностями, которые ставят под угрозу его существование или жизненно важные для существования ценности. Но в нормальных условиях человек может конструктивно использовать тревогу как «обучающий опыт» (в самом широком и в наиболее глубинном смысле слова), и это не препятствует нормальному развитию.

Одна распространенная форма тревоги связана с присутствием фактора случайности в человеческой жизни — с тем, что жизнь подвержена силам природы, что на нее влияют болезни, переутомление, что жизнь может прерваться в результате несчастного случая. Немецкие философы называли такую тревогу Urangst[389] или Angst der Kreatur, такую тревогу в наше время изучали Хорни и Маурер. Эта форма тревоги отличается от тревоги невротической, поскольку Urangst не предполагает враждебного отношения природы к человеку. Поэтому Urangst не запускает работу защитных механизмов, кроме тех случаев, когда ненадежность человеческого существования становится символом или фокальной точкой других внутренних конфликтов и проблем человека.

На практике достаточно трудно отличить нормальный компонент тревоги от невротического, когда речь идет, например, о смерти или о других случайных факторах, угрожающих человеческому существованию. У большинства людей присутствуют одновременно оба вида тревоги. Можно определенно сказать, что многие формы тревоги, связанной со страхом смерти, обладают невротическим характером, — например, сильная озабоченность смертью в периоды подростковой депрессии. В нашей культуре любые формы невротической тревоги — у подростков, пожилых людей и вообще в любом возрасте — могут концентрироваться вокруг факта неизбежной смерти, этого символа беспомощности и бессилия человека[390]. Невротическая тревога часто скрывается под видом нормальной тревоги по поводу фактора случайности в человеческой жизни, и не стоит оправдывать подобную рационализацию. Если в практической работе мы сталкиваемся с переживаниями по поводу возможной смерти, лучше сначала исходить из гипотезы, что подобная тревога содержит невротический компонент, и заняться его поиском. Но, проявляя интерес к невротическому компоненту переживания, не следует забывать о том, что смерть действительно возможна и что человек должен принять этот объективный факт, не отворачиваясь от него.

На этом этапе нам помогают поэты и писатели, которые, по выражению Софокла, «спокойно взирают на жизнь и видят все ее стороны». Они помогают скорректировать несколько ограниченный научный интерес, который направлен преимущественно на невротические формы поведения. Многочисленные поэты размышляли о смерти, и вряд ли разумно было бы на этом основании всех их объявить невротиками. Человек с поэтическим воображением может, например, как Паскаль, созерцать океан с высокого утеса и «думать о коротком отрезке моей жизни, который с двух сторон поглощается вечностью, о том крохотном пространстве, которое я занимаю или даже вижу, окруженном бесконечным множеством миров, которых я не знаю и которые не знают меня»; человек может задуматься о том, «почему я нахожусь тут, а не там… сейчас, а не тогда». Подобное чувство может наполнить человека ужасом, оно может заставить его отвернуться от океана или прервать размышление. И то, и другое — тревога, но первое чувство есть тревога нормальная, а второе — невротическая. С другой стороны, поэтическое ощущение бесконечности времени и пространства и краткости человеческой жизни (конечно, если этому чувству сопутствует мысль о том, что млекопитающее, называемое словом «человек», способно преодолеть свою недолговечность, поскольку, в отличие от других животных, знает о ней, поскольку человек может задавать вопросы), — это ощущение может увеличить ценность и осмысленность переживаний человека и его творческих возможностей — эстетических, научных или каких-то еще.

Нормальная тревога перед лицом смерти не обязательно влечет за собой депрессию или меланхолию. Как и любую другую форму нормальной тревоги, ее можно конструктивно использовать. Понимание того, что в конечном итоге нам предстоит разлука с людьми, усиливает желание укрепить свои связи с людьми сейчас. Нормальная тревога, сопутствующая мыслям о том, что рано или поздно мы не сможем больше действовать и творить, заставляет человека — как и сама смерть — ответственнее относиться к своему времени, делает текущий момент ярче и учит эффективнее пользоваться временем нашей жизни.

Читайте также:  Что делать, если губы сохнут и шелушатся домашние рецепты ухода

Другая распространенная форма нормальной тревоги связана с тем фактом, что каждый отдельный человек развивается в социальной среде, в окружении других людей. На примере ребенка ярче всего видно, что этот рост в контексте взаимоотношений с родителями предполагает постепенный разрыв связей, а это приводит к более или менее сильным кризисам и к стычкам с ближними. Среди прочих, об этом источнике тревоги писали Кьеркегор и Отто Ранк. По мнению Ранка, каждый опыт «отделения» от других сопровождается нормальной тревогой, и это происходит на протяжении всей человеческой жизни, — начиная от того момента, когда ребенка отделяют от матери, перерезая ему пуповину, и кончая отделением от человеческого существования в смерти. Если в процессе развития и роста человек успешно минует такие стадии, связанные с тревогой, это не только ведет его, как подростка или ребенка, к большей независимости, но и позволяет заново построить взаимоотношения с родителями или другими людьми на новом, более взрослом уровне. В этом случае также человек переживает нормальную, а не невротическую тревогу.

Во всех приведенных выше примерах, в которых была представлена нормальная тревога, можно было увидеть, что подобная тревога всегда адекватна объективной опасности. При этом не происходит вытеснения или формирования интрапсихического конфликта, и человек может справиться с тревогой конструктивно, используя свою смелость и свои способности, а не невротические защитные механизмы. Некоторые исследователи предпочитают называть ситуацию, в которой человек переживает нормальную тревогу, «ситуацией потенциальной тревоги». По их мнению, когда тревога не переполняет человека или когда переживание не слишком интенсивно, правильнее использовать термин «потенциальная». Это, быть может, разумно с педагогической точки зрения. Но, строго говоря, смысл переживания от этого не меняется, а лишь приобретает некоторую окраску: потенциальная тревога — это все равно тревога. Если человек осознает, что ситуация, в которой он оказался, может вызвать тревогу, значит он уже переживает тревогу; скорее всего, он предпримет какие-то шаги, чтобы ситуация не вызвала у него чрезмерно сильных переживаний или не привела бы к катастрофе.

Стоит подробнее поговорить о том, почему для понимания невротической тревоги так важен ее субъективный аспект. Если рассматривать проблему тревоги только с объективной точки зрения — то есть лишь как способность человека справляться с опасной ситуацией, — логично будет сделать вывод, что нет смысла отделять невротическую тревогу от нормальной. Достаточно было бы сказать, что человек, испытывающий тревогу, в меньшей мере, чем другие, способен справиться с опасной ситуацией. Если мы возьмем, например, человека слабоумного или одного из тех описанных Гольдштейном пациентов с повреждением головного мозга, их подверженность тревогам нельзя назвать «невротической». Когда, например, пациент с навязчивым стремлением к порядку видит, что все в его тумбочке разбросано, для него это может быть объективной угрозой или реалистичной причиной для сильной тревоги, поскольку его способности ограничены, и в подобной ситуации ему трудно поставить себя в правильное отношение к объектам. Насколько мы можем судить, те опасности, которые постоянно вызывают интенсивную тревогу у пациентов Гольдштейна, являются для них объективными и реальными. Как мы упоминали выше, то же самое можно сказать о младенце и — в некоторых ситуациях — о детях или еще каких-то людях с относительно слабыми способностями, которые бессильны перед ситуацией.

Но, как известно по многочисленным наблюдениям, люди очень часто испытывают тревогу в ситуациях, не содержащих ни малейшей объективной угрозы. Нередко сам человек скажет, что его тревогу вызывает довольно незначительное событие и что его опасения «глупы», он даже может злиться на себя за то, что какой-то пустяк так сильно его беспокоит; но при этом он не перестает чувствовать тревогу. Иногда о таких людях, готовых реагировать на ничтожную опасность так, как если бы это была катастрофа, говорят, что они «носят чрезвычайное количество» тревоги в себе. Но эти слова могут вводить в заблуждение. На самом деле эти люди крайне чувствительны к ситуации опасности. Проблема заключается в том, почему они столь чувствительны.

Чтобы определить невротическую тревогу, можно отталкиваться от нашего определения нормальной тревоги. Это реакция на угрозу, которая (1) неадекватна объективной опасности, (2) включает в себя вытеснение (диссоциацию) и другие проявления интрапсихического конфликта и, следовательно, (3) человек ограничивает какие-то свои действия или сужает поле своего сознания с помощью различных механизмов — подавления, развития симптома и других невротических защитных механизмов[391]. Как правило, когда в научной литературе употребляется слово «тревога», речь идет именно о «невротической тревоге»[392]. Можно заметить, что все ее характерные черты взаимосвязаны: реакция неадекватна объективной опасности по той причине, что тут замешан интрапсихический конфликт. Таким образом, нельзя сказать, что реакция неадекватна субъективной опасности. Кроме того, можно заметить, что все перечисленные выше особенности невротической тревоги относятся к субъективной стороне человека. Поэтому определение невротической тревоге можно дать только при субъективном подходе, когда мы принимаем во внимание интрапсихические процессы.

Главным образом, именно благодаря гению Фрейда внимание исследователей сосредоточилось на внутренних психологических процессах и конфликтах, которые мешают человеку справиться со сравнительно мелкой объективной опасностью. Гарольд Браун слышит о мелком происшествии, в результате которого его мать слегка повредила руку; это запускает цепь ассоциаций, в конце концов, он начинает представлять себе, что его убивают, и в результате ощущает приближение катастрофы. Проблема понимания невротической тревоги сводится к пониманию внутренних психологических процессов, которые определяют повышенную чувствительность человека к ситуации опасности. В своих ранних работах Фрейд выделил две формы тревоги (в несколько видоизмененном виде он повторял ту же мысль и позже): это объективная тревога, связанная с «реальной» опасностью во внешнем мире, и невротическая тревога, которая является страхом человека перед инстинктом, перед «требованием импульсов». Это разделение удачно подчеркивает субъективную арену действия невротической тревоги. Но оно не во всем верно, поскольку человек боится своих внутренних импульсов лишь потому, что их выражение создаст «реальную» опасную ситуацию во внешнем мире, например, повлечет за собой наказание или вызовет неодобрение. Хотя в поздних трудах Фрейд отчасти пересмотрел свою первоначальную точку зрения (см. главу 4), он не раскрыл смысл своей идеи во всей полноте. Развивая мысль Фрейда, неизбежно задаешь такой вопрос: если человек боится выражения своего импульса, потому что это грозит опасностью, что можно сказать о характере взаимоотношений этого человека с другими людьми? [393]

Читайте также:  Отравление газообразный хлор - Chlorine gas poisoning

Таким образом, невротическая тревога возникает в той ситуации, когда человек неспособен справиться с опасностью не объективно, но субъективно, то есть не из-за объективного недостатка способностей, но из-за внутренних психологических процессов и конфликтов, которые мешают человеку использовать свои способности[394]. Обычно эти конфликты формируются в прошлом (подробнее мы обсудим это в следующем разделе), в раннем детстве, когда ребенок по объективным причинам еще не мог справиться с опасной межличностной ситуацией. В то же время ребенок не в состоянии сознательно определить источник конфликта (не может, например, прийти к выводу: «Мои родители меня не любят или не хотят»). Таким образом, вытеснение объекта тревоги является основной чертой невротической тревоги.

Хотя первоначально вытеснение касается взаимоотношений с родителями, позднее вытеснению подвергаются все новые угрозы, аналогичные начальным. Это положение иллюстрирует практически каждый клинический случай, в частности случаи Нэнси, Френсис и Брауна[395]. Поскольку действует вытеснение, человек не способен понять, что же именно вызывает его опасение; таким образом, невротическая тревога «лишена объекта» еще и по этой причине, хотя, как мы говорили, это свойство присуще любой форме тревоги. При невротической тревоге вытеснение (диссоциация, отделение от сознания) делает человека еще более чувствительным к опасности и, следовательно, усиливает невротическую тревогу. Во-первых, вытеснение создает внутренние противоречия, что делает психологическое равновесие неустойчивым, и тогда постоянно возникает угроза его нарушения. Во-вторых, из-за вытеснения человеку труднее увидеть реальную опасность, с которой он мог бы справиться. Например, человек, который в значительной мере вытеснил свою агрессию и враждебное отношение к людям, может стать пассивным и уступчивым, и из-за этого он чаще подвергается эксплуатации со стороны окружающих, а это порождает еще больше агрессии и вражды, которые ему приходится вытеснять. И, наконец, вытеснение усиливает чувство беспомощности, поскольку человек вынужден сокращать границы своей автономии, ставить себе внутренние ограничения и отказываться от использования своей силы.

Таким образом, выше мы кратко описали феномен невротической тревоги, чтобы определить, что мы подразумеваем под этим термином. Динамика и источники невротической тревоги подробнее рассматриваются в следующих разделах.

Совет психологаКак справиться
с необоснованной
тревогой?

Раз в неделю задаем специалисту животрепещущий вопрос

  • Elina Chebbocha , 25 февраля 2014
  • 53054

У ВСЕХ НАС НАКОПИЛАСЬ МАССА ВОПРОСОВ К СЕБЕ И МИРУ, с которыми вроде бы некогда или не стоит идти к психологу. Но убедительные ответы не рождаются ни при разговоре с собой, ни с друзьями, ни с родителями. Мы завели новую регулярную рубрику, где профессиональный психотерапевт Ольга Милорадова будет отвечать на насущные вопросы. Кстати, если они у вас есть, присылайте на ask@wonderzine.com.

Как справиться с необоснованной тревогой?

У каждого человека в определенный момент возникает чувство необоснованной тревоги. Вроде все хорошо и никто не умер, а сердце гложет печаль, работе и личной жизни мешает нервозность. Эта тревога препятствует счастливой жизни и тормозит проекты, иногда из-за нее могут возникнуть проблемы со сном. Как с ней справиться и откуда она берется?

ОЛЬГА МИЛОРАДОВА
психотерапевт

Тревога — гадкое чувство, связанное с неизвестностью и неопределенностью. Это со страхом все понятно: вот он прямо перед нами — страх высоты или насекомых, например. А тревога, зачем она и откуда возникла? Кажется, что ниоткуда и просто так. Тем не менее, просто так ничего не бывает, а чтобы от чего-то избавиться приходится докапываться до сути. В каком-то минимальном количестве тревога обязана присутствовать, так как, с одной стороны, всего предугадать невозможно, а что-то побуждать к действию все же должно. Таким образом, один из вариантов образования тревоги — пассивность. Тревога при этом сигнализирует о незавершенности ситуации. В данном случае выход максимально прост: задумайтесь, может быть, вы что-то неприятное отложили на потом? Или вам не хочется принимать какое-то решение — насчет смены работы, расставания с партнером, переезда? Но чем дольше вы откладываете некое действие, тем в более истощенном и тревожном состоянии вам придется доводить его до конца.

Бывает также невротическая тревога. Она чаще всего формируется из-за такого противоречия: уровень претензий к себе крайне высок, но при этом самооценка ниже плинтуса. Все это сопровождается вечным самобичеванием и самоуничижением, ну и да, c тревогой снова не справиться, конечно. Здесь выход один — снижать планку. Необязательно скрипя зубами стремиться к идеалу, замеченному на страницах какого-нибудь глянца или навязанному мамой («Вот твоя подруга Маша уже вон где, а ты. »). Поначалу это, конечно, изрядно бьет по самооценке, что ты не можешь, как Маша. Зато в перспективе ты можешь что-то по-своему, и постепенные успехи начнут наращивать самооценку и уравняют ее с новой планкой.

Еще одной причиной генерализованной тревоги может служить блокировка тех желаний и чувств, которые мы не готовы принять сознательно. Может быть, вы по уши влюблены в женатого мужчину, а это категорически противоречит вашей морали. Может быть, вас привлекают вовсе не мужчины, но вы не готовы это признать. Может быть, вы ненавидите ребенка соседки, но вас учили, что вы должны любить всех детей. Копаться в себе всегда непросто, но старый добрый прием с отзеркаливанием может помочь. Вы недолюбливаете чайлд-фри, скептически относитесь к радужным флагам или презираете тех, кто «уводит» мужчин из семьи? А теперь попробуйте примерить вашу ненависть или презрение на себя. Поздравляю — вы являетесь именно тем, кто вам столь не мил. Теперь осталось совершить выбор: признать в себе что-то новое и неприятное или продолжить жизнь в хронической тревоге.

Ссылка на основную публикацию
Травная рекламка, или Как дурят отечественного покупателя — Красота и здоровье
Карсил Форте Показания Противопоказания Способ применения и дозы Побочные действия Взаимодействие, совместимость, несовместимость Аналоги Действующее вещество Фармакологическая группа Лекарственная форма...
Топ-10 эффективных мазей от бородавок
10 лучших средств от папиллом и бородавок Характеристика в рейтинге Бородавки и папилломы – неприятное явление. Особенно много переживаний они...
ТОП-3 лучших кремов от купероза на лице
Обзор популярных кремов от купероза на лице в аптеке Эстетика внешности зависит от состояния кожи. Красивая, чистая — она свидетельствует...
Травы для очищения организма применение сборов
Чистка кишечника травами – комплексное и мягкое оздоровление организма В течение не одного столетия лекарственные растения были единственным средством для...
Adblock detector